А. Подчуфаров © (mos_jkh) wrote,
А. Подчуфаров ©
mos_jkh

Category:

ВС призвал суды быть человечнее



По статистике Суддепа, за смерть россиянина платят в среднем 111 000 руб. – в такую сумму оценивается жизнь человека. Верховный суд пытается изменить этот подход.

В одном из последних дел о моральном вреде ВС запретил обосновывать размер компенсации общими фразами. В решении необходимо проанализировать, как изменилась жизнь пострадавшего после трагедии: ухудшилось ли здоровье, разорвались ли семейные связи и так далее.
Сын Надежды Ковальской* Владимир Рожков* погиб из-за несчастного случая на работе. Он был вальщиком леса в ООО «ТНГ-Лесное» в Иркутске и утонул на переправе через реку на транспортёре-тягаче. Была зима и –30 °C.

В этом оказались виноваты сотрудники фирмы, поэтому мать Рожкова обратилась к предприятию с иском о компенсации морального вреда. Гибель сына женщина оценила в 3 млн руб. Она ссылалась на то, что его смерть причинила ей нравственные страдания, а состояние ее здоровья ухудшилось.

Суд указал, что компания владела транспортным средством, в котором и находился погибший, а он сам фактически не виноват в случившемся. Степень вины, по оценке экспертов, составила 10% и заключалась в том, что он не оценил все риски и не отказался от выполнения работ при плохих погодных условиях и опасности. Ковалевой присудили компенсацию, но меньше в шесть раз – всего 500 000 руб. (дело № 2-1273/2018). Такая сумма, решил суд, учитывает характер нравственных страданий матери и «соответствует требованиям разумности и справедливости». Решение устояло в апелляции (дело № 33-4403/2019). Там решили, что в первой инстанции всё оценили верно.

ВС призвал к индивидуальному подходу

Но в коллегии по гражданским спорам Верховного суда под председательством судьи Людмилы Пчелинцевой, где в итоге и оказалось дело (дело № 66-КГ20-4-К8), сделали другие выводы. Основное, на чем сконцентрировалась коллегия, – решение в деле о моральном вреде должно быть обоснованным. Именно этого и не хватило актам нижестоящих инстанций, заключили в ВС. Так, в первой инстанции ограничились только ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закреплённые в ГК (ст. 151, 1101). Но ВС указал, что этого недостаточно.

Судам надо было объяснить, почему они решили, что компенсации в 500 000 руб. для заявительницы будет достаточно. Они обязаны были исследовать все факты и не ограничиваться формальными условиями применения норм. Выводы должны быть не общими и абстрактными, а убедительными и точными (со ссылкой на законодательство и доказательства по делу), отметила коллегия. В деле Ковалевой это «её возраст, семейное положение, наличие у неё ещё детей», указал ВС. Также следовало оценить, что утрата привела в том числе к разрыву семейной связи между матерью и сыном, значительно ухудшила здоровье матери, подчеркнул ВС. Но ничего этого в судебных актах не было.

В делах о компенсации морального вреда нельзя ограничиваться общими фразами. Надо оценивать конкретные обстоятельства: возраст, семейное положение, наличие детей, состояние здоровья, утрату семейных связей и так далее.

В итоге ВС отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Юристы против формализма

Существующий формальный подход к разрешению судами дел о компенсации морального вреда – в части определения сумм – беспокоит юристов. По статистике Суддепа, за смерть россиянина платят в среднем 111 000 руб. – в такую сумму оценивается жизнь человека. Мизерные компенсации зачастую мотивируют сухими цитатами из закона и ссылками на общие принципы, но не приводят мотивов и обоснования конкретной суммы, признает адвокат S&K Вертикаль Ирина Орешкина.

Дела о компенсации морального вреда – особая категория дел, уверена она. В них суд должен подробно изучать не только вину ответчика и причинно-следственную связь между его действиями и наступившими последствиями, но и личность заявителя, то, как изменилась жизнь после гибели близкого человека. Смотреть надо на изменение состояния здоровья, состава семьи, изучать степень привязанности к умершему и прочее. Именно на необходимость учитывать эти особенности и указал ВС. Ни один из нижестоящих судов по собственной инициативе этого не сделал, хотя в делах о компенсации морального вреда, отмечает Орешкина, можно говорить о первоочередности изучения личности заявителя.

Дел о компенсации морального вреда, в которых суд полно и всесторонне исследовал все обстоятельства и взыскал компенсацию в адекватном размере, единицы. Один из примеров – взыскание 15 млн руб. с Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени Павлова в пользу Ирины Разиной, чей ребенок родился инвалидом и через два года умер из-за врачебной ошибки при приеме родов (дело 2015 года). Это одно из немногих дел этой категории, где суд при определении размера компенсации учел именно личность заявителя и степень причиненных нравственных и физических страданий. Именно на такие решения должны ориентироваться суды.

«Иногда складывается такое ощущение, что суды просто боятся удовлетворять требования в заявленных суммах», – говорит Орешкина.

«Моральный вред в нашем праве никак нельзя посчитать, все определяется абстрактными критериями, которые не имеют стоимостной оценки», – говорит Ирина Фаст, адвокат юрфирмы Гражданские компенсации . Дело стало очередным поводом указать на необходимость подробно обосновывать размер выплаты. Но проблема в том, что понимание размера компенсации будет в любом случае субъективное, а каждый судья может оценить чужие страдания и переживания абсолютно по-разному, отмечает Фаст: «И сам ВС во всех своих судебных актах не высказывает позиции, сколько же денег справедливо взыскать за моральный вред, а нижестоящие суды продолжают устоявшуюся практику мизерных компенсаций».

Нужен единый ориентир и алгоритм. Многие юрисдикции пришли к этому уже много лет назад. Есть таблицы, цифры. Суд может на них опираться, но при этом оставлять себе простор для судейского усмотрения. Мы в составе специальной комиссии Ассоциации юристов России разработали такую методику. Сейчас она проходит обсуждение в Совете Федерации, в ней есть механизм расчета. Пока не будет конкретных цифровых ориентиров от Верховного суда либо методики, ничего не изменится.

Ирина Фаст, адвокат АК «Гражданские компенсации»

https://pravo.ru/story/224303/?desc_tv_2=
Tags: новости, судебные дела
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments