А. Подчуфаров © (mos_jkh) wrote,
А. Подчуфаров ©
mos_jkh

Category:

С 2025 года в России планируется адвокатская монополия



В распоряжении L.R оказалась последняя версия концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи. Как следует из документа, адвокатская монополия в России все-таки появится.
Грядущие изменения на рынке юруслуг, изменения законодательства и перспективы профессиональных лоббистов комментирует председатель Ассоциации юристов России Владимир ПЛИГИН.

— Владимир Николаевич, расскажите о ходе подготовки концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи. Там действительно предусматривается установление адвокатской монополии?

— В настоящее время разработка проекта концепции завершена. С 2025 года представительство во всех судебных инстанциях будут осуществлять только адвокаты. Кроме того, предлагается только адвокатам и адвокатским образованиям оставить право оказывать юридическую помощь на возмездной основе. Однако и в том и в другом случае сделан ряд исключений. Например, сохранится возможность ведения предпринимательской деятельности по вопросам типового характера, сопряженным с применением права в определенных сферах. Предлагается не распространять положения концепции на штатных юрисконсультов, арбитражных управляющих, законных представителей граждан, близких родственников и так далее.

— АЮР поддерживает идею адвокатской монополии?

— Ассоциация юристов России заинтересована в том, чтобы были достигнуты цели, обозначенные в рамках концепции. Речь идет, в первую очередь, о повышении уровня защиты прав и законных интересов граждан. В этой части мы, несомненно, поддерживаем те предложения, которые содержатся в концепции. Я надеюсь, что она будет утверждена распоряжением правительства РФ. Для начала реализации можно установить адвокатскую монополию для представления интересов в Верховном суде, а также в кассационных и, возможно, апелляционных судах. Но такие решения, безусловно, требуют достижения консенсуса в юридическом сообществе. Со своей стороны могу гарантировать, что АЮР даст оценку проекту концепции и примет участие в мероприятиях по ее обсуждению. Мы также будем активно взаимодействовать с Министерством юстиции РФ на всех стадиях ее рассмотрения и утверждения в правительстве.

— Что можно еще рассказать о концепции? Кстати, тот документ, который есть у нас, – это действительно она?

– Да, это и есть проект. Получился достаточно объемный документ. Авторы углубленно подошли к пониманию проблем, с которыми сталкивается юридическое сообщество, а также внимательно изучили мировой опыт. Так, в концепции представлен краткий обзор, каким образом профессиональные юридические услуги оказываются в странах с развитыми правовыми системами. Приоритетами целей регулирования рынка профессиональных услуг заявлены, прежде всего, соблюдение прав и основных свобод человека и, соответственно, повышение уровня защиты прав и законных интересов граждан и организаций. Мне представляется это крайне важным и принципиальным, учитывая, что только судами ежегодно рассматривается около 30 миллионов дел различных категорий. Исход большинства таких дел кардинально влияет на судьбы людей. Поэтому цена ошибки очень высока, а формальный подход зачастую влечет негативные правовые последствия.

Собственно говоря, основные положения концепции ориентируются на обозначенные приоритеты как на методологическую основу. В документе анализируется российский рынок правовых услуг, представленный профессиональными адвокатами и теми, кто действует в нерегулируемом поле. Конечно, сложно точно определить, сколько всего людей участвует в оказании юридической помощи. Особенно в тех случаях, когда мы имеем дело с нерегулируемой «серой» зоной. Юристы из «серой» зоны находятся в условиях минимального правового регулирования. Они не связаны какими-то этическими категориями, правилами профессиональной этики. В отличие от тех же адвокатов, к которым применяется ряд специальных требований. Понятно, что бывают случаи, когда возникают жалобы на действия адвокатов. И они носят далеко не единичный характер. Но у стороны, интересы которой защищаются, есть представление о том, к кому в таких случаях обращаться за помощью и поддержкой. Существуют ФПА и палаты адвокатов субъектов РФ, которые дают возможность обжаловать не устраивающие стороны решения.

— Сообщалось, что решение по проекту концепции правительство примет уже в середине этого года. У вас есть понимание, когда будет утвержден документ?

— Я не готов говорить о сроках. В любом случае адвокатская монополия — это не дело завтрашнего дня. В концепции прописана определенная этапность реформы юридической отрасли. Очевидно, что многие проблемы невозможно решить одномоментно. Необходимо создать дополнительные условия для того, чтобы юристы имели возможность сдать экзамены по упрощенной процедуре и поступить в адвокатуру. Кроме того, предлагаются существенные изменения по совершенствованию законодательства об адвокатуре, которые расширили бы количество организационно-правовых форм, в которых может работать адвокатура. Давали бы возможность адвокатам работать по трудовому договору. Выстраивали бы новые взаимоотношения в рамках юридического бюро. Предусматривается максимально комфортный переходный период для вступления в адвокатуру юристов, не обладающих статусом адвоката. А также для транзита существующих юридических фирм в адвокатские образования.

— Вы упомянули о необходимости совершенствования законодательства в целях реализации положений концепции. В связи с этим как вы оцениваете принятые недавно поправки в закон об адвокатуре? В профессиональном сообществе они вызвали, скажем так, неоднозначную реакцию…

— Инициаторами этих изменений стали сами адвокаты. Говорят о том, что это было сделано с подачи руководства адвокатских палат. Это не так. Начнем с того, что очень длительный период в закон об адвокатуре не вносились изменения. Было важно добиться привычки работать в соответствии с ним, и она родилась. В какой-то момент настало время внедрять более гибкие механизмы, связанные с организацией адвокатской работы. Наконец, решился принципиальный для адвокатов вопрос, связанный с легализацией гонорара успеха. Мне кажется, что это решение поддержано всем профессиональным сообществом. Такой механизм обеспечивает прозрачность деятельности адвокатов, позволяет избегать рисков. Например, таких как обвинение в мошенничестве.

Деликатным вопросом стало положение о запрете на судебное представительство лицам, лишенным адвокатского статуса по неблаговидным причинам. Например, за нарушение кодекса профессиональной этики. Но, во-первых, эта норма давно уже работает в случае с уголовными адвокатами. А во-вторых, поверьте, лишение статуса в ходе дисциплинарного производства — это достаточно редкое явление в адвокатском сообществе. И применяется только в самых крайних случаях. Это либо вопиющий совершенно непрофессионализм, либо предательство клиента. Что-то явно из ряда вон выходящее! Например, на практике встречались случаи, когда адвокаты создавали с подзащитными совместные предприятия. Приведу такую статистику. Ежегодно квалифкомиссиями адвокатских палат рассматривается около пяти тысяч дисциплинарных производств. По их итогам лишаются адвокатского статуса в среднем 300 человек. Примерно 120 из них обжалуют решение в суде. Удовлетворяется только 20–25 жалоб. И есть, судя по всему, примерно 1000 человек, которые не удовлетворены этой нормой закона.

— В свое время журнал «Форбс» включил вас в топ рейтинга самых влиятельных депутатов-лоббистов. Вы также известны как сторонник легализации законодательного консалтинга. Почему, по вашему мнению, в стране до сих пор не принят соответствующий закон?

— Слово «лоббизм» в нашей стране практически приравняли к понятию «раздача взяток». Но я считаю, что лоббистская деятельность крайне важна. Закон о лоббировании в свое время даже включили в программу, связанную с противодействием коррупции. Если ты имеешь дело с профессиональным лоббистом, у которого есть знания и который может составить представление о решении того или иного вопроса в конкретной области, — это всегда очень важно. Либо законодатель, если мы говорим о лоббировании на уровне законодательства, сам должен быть профессиональным специалистом. Либо он все равно должен пользоваться мнением экспертов, заинтересованных групп. Это же нормальный процесс выравнивания интересов в обществе. С другой стороны — это столкновение интересов. И если оно реально дает какое-то решение, которое проводится в соответствии с действующими конституционными процедурами, — это хорошо. Общество — это склеивание интересов. Поэтому я считаю, что мы должны такую деятельность легализовать. Она интересна. Понятно, что я здесь рисую образ идеального лоббиста. Ряд лоббистов не заинтересованы в регулировании этой деятельности. Им комфортно в «серой» зоне, где нет обязательств ни отчитываться, ни платить налоги.

— А есть ли какие-то подвижки в вопросе легализации?

— Эта тема будет обсуждаться на Петербургском юридическом форуме в текущем году. Мы проведем отдельный круглый стол. Посмотрим, какой будет отклик.

— Президент по итогам заседания Совета по развитию гражданского общества (СПЧ) рекомендовал Верховному суду РФ рассмотреть вопрос о расширении составов преступлений, дела о которых подсудны присяжным. Глава ВС на днях заявил, что компетенцию судов присяжных можно распространить на все категории особо тяжких дел и «предпринимательские» статьи УК, если в них нет гостайны. Как вы относитесь к усилению роли присяжных?

— Первое. Если вырастет число составов, которые передаются судам присяжных, — это даст очень высокий профилактический эффект. Доверие к судам присяжных высоко, они очень часто принимают решение о вынесении оправдательных приговоров. Это, безусловно, сыграет дополнительную роль с точки зрения формирования доверия к суду. И второе. Это сыграет свою положительную роль с точки зрения правового воспитания общества в целом. Но вместе с тем нужно понимать, что будет много сложностей. А в целом ряде случаев даже само формирование коллегии присяжных может вызывать определенные вопросы. У меня были консультации по одной из территорий. Там все так или иначе связаны родственными или личными отношениями. Поэтому ты не можешь сформировать коллегию, которая могла бы занять объективную позицию. В целом ряде субъектов есть собственные исторические, национальные и прочие традиции. Например, там четвероюродный брат все равно считается братом. В этом случае теоретически можно передавать дела судам присяжных в других регионах. Но это тоже довольно большая проблема. Поэтому, конечно, нужно поднимать позитивные вещи из практики. И смотреть, каким образом это развивать.

НАША СПРАВКА

Владимир Плигин родился 19 мая 1960 года в деревне Игнатово Междуреченского района Вологодской области. В 1982 году окончил Ленинградский государственный университет (ЛГУ) им. А. А. Жданова. Известно, что руководителем защиты диплома был будущий мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак. Кандидат юридических наук. В апреле 1993 года основал юридическую фирму. С 1996 года — член Московской областной коллегии адвокатов. В 2003-м стал депутатом Государственной думы РФ, год спустя возглавил комитет по конституционному законодательству и государственному строительству. Заслуженный юрист РФ (2011 год). Советник председателя Госдумы РФ. В декабре 2019 года был избран председателем Ассоциации юристов России.

https://legal.report/vladimir-pligin-s-2025-goda-v-rossii-planiruetsja-advokatskaja-monopolija/
Tags: нда, новости, судебные дела
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment