А. Подчуфаров © (mos_jkh) wrote,
А. Подчуфаров ©
mos_jkh

Categories:

Россия: это демократия?

Характерный для начала 90-х годов интерес к политике в российском обществе сменился сильной эмоциональной усталостью – люди не хотят участвовать в общественной жизни (обсуждать планы развития, выбирать лидеров и пр.). Я вижу следующие причины:
1) слабый интерес к обсуждению (предлагаемые на голосование вопросы людям неинтересны), непонимание большой частью населения смысла этих вопросов, слабая связь между задаваемыми вопросами и реальной жизнью;
2) у многих людей накоплен значительный опыт необязательности и ненужности собственного мнения (с учетом развала СССР, незаконной приватизации, всех выборов последних лет);
3) низкая культура дискуссии, повсеместное неумение обсуждать и нежелание слушать.
Чтобы привести население к избирательным урнам (больше ни для чего граждане в современной российской демократии не требуются), используются мощные многократные призывы через СМИ (в основном ТВ – голосуй сердцем, голосуй, а то проиграешь и т.д.). Вопросы на голосование выносятся в самой общей форме (Ельцин – Зюганов, за Путина или против), хотя избирателей интересуют более конкретные вещи (прибавят зарплату или нет, увеличат квартплату / цены на бензин или нет и т. д.). Но конкретных вопросов современные политики избегают, избирателям предлагается голосовать за туманные лозунги и обещания (как правило – не исполняемые).
Такова, в общих чертах, схема работы «демократической» системы на государственном (РФ и субъекты) уровне.
Полагаю, что называть демократией нынешний строй неправильно. Классическая демократия могла существовать только в небольших общинах, ее характерные черты:

I. Решения принимаются непосредственно народом, по мере необходимости. Общее собрание было технически возможно собрать в одном доме, на одной площади, оно собиралось не по бюрократическим правилам, а в случае нужды (война, недовольство народа, стихийное бедствие, неожиданное предложение соседей и пр.). Даже если для подсчета голосов и привлекаются бюрократы, они контролируемы – вряд ли возможны серьезные подтасовки при непосредственном открытом голосовании. Сейчас большинство граждан не контролирует подсчет голосов (из-за масштаба задачи и сложной процедуры это трудно даже на муниципальных выборах, не говоря о выборах уровня субъектов или РФ). Даже если подтасовок не было, недоверие к принятым решениям остается, и оно неустранимо в принципе.
II. Реальное право участвовать в обсуждении и формулировке решаемых вопросов было у каждого нормального гражданина (исключая не голосующих: молодежь – примерно до 25-30 лет, женщин, не женатых / не имеющих детей, рабов, нищих и иностранцев). Сейчас вопросы для обсуждения выбирает кто-то, невидимый широкой публике - например, у меня нет возможности повлиять на формулировки вопросов – а формулировки часто определяют принимаемые решения.
III. У руководителей демократических обществ (не обязательно государств) не было охраны в мирное время. Их власть – это власть добровольно признаваемого обществом морального авторитета. Таких руководителей среди мировых лидеров нет. (Заметим, что в большом государстве всегда есть группы недовольных граждан – агрессивные и не очень, большие и маленькие - охрана руководителю необходима – но есть ли демократия в большой стране?).
IV. Ответственность граждан за принятое решение – если решили воевать – каждый свободный римлянин / запорожский казак заходит домой, берет снаряжение и идет на войну (никто не приносит справок от медкомиссии, не бегает по судам, оспаривая законность решения по призыву и т.д.). Если голосуешь – воюй (или: не хочешь воевать - не голосуй). Против таких ополчений армии соседних государств не могли устоять (хотя имели наемников – профессионалов) - иначе никто бы теперь не вспоминал Рим времен республики, Спарту, Запорожскую Сечь, средневековую Флоренцию. Сейчас на голосование выносятся вопросы, на которые можно отвечать как угодно (или не отвечать совсем) – после принятия решения лично для вас ничего не изменится. Стоит ли считать реальным участием в государственном управлении подобные голосования? Я думаю, что нет.
В действительности Россией управляют невидимки (люди, пишущие речи Президента, исправляющие законы, готовящие постановления Правительства и не желающие становиться известными широкой публике), и существующий строй следует называть периоптократией (невидимый – греч – периоптос, отсюда периоптократия).
Интересно отметить, как меняется характер вопросов для обсуждения при появлении профессиональной бюрократии.
Пока государственное (общинное) управление находится в руках народа, вопросы на обсуждение ставятся примерно такие: Ну что, мужики, как мы будем жить дальше (воевать, вести переговоры, сдаваться, скидываться на дань, вступать в союз, и т.д.)… При наличии профессиональных управленцев (не желающих делать никакой другой работы) характер (не обсуждения, а лозунгов) несколько иной. В СССР: все как один проголосуем за нерушимый блок коммунистов и беспартийных. В США: кого выберем президентом на следующие 4 года – республиканца или демократа (а если простым американцам захочется либерала, социалиста или просто идиота? – последнее вполне возможно, с учетом результатов выборов 2000, 2004 гг., но такие вопросы система задать не позволит).
В формулировку вопроса еще до обсуждения закладывается необходимость сохранения существующего порядка вещей (в первую очередь – профессионального бюрократического руководства – и при любых выборах бюрократы остаются, а проигравшая часть – не бедствует). Придуманные ими вопросы малоинтересны - участие народа бюрократам нужно лишь формально.

Демократия в Риме, Запорожской Сечи и Спарте закончилась по разному – Рим из-за удачных завоеваний разросся (была проведена очень успешная замена демократического способа руководства имперским), но рассчитывать на римских граждан при охране границ большой империи стало невозможно – появились наемники, затем – целые легионы наемников-иностранцев. Сами римляне разучились воевать, что и привело империю к гибели.
Запорожская Сечь пала под напором более сильного и лучше вооруженного противника – екатерининских армий.
Спарта – демократическое (несмотря на наличие царя) государство, жившее по законам Ликурга, способствовавших воспитанию воинов (особая забота этих законов – все граждане должны быть примерно равного достатка и небогатыми). Однажды спартанцы победили персов, захватили много богатых трофеев и не знали, что с ними делать. Персы посоветовали – разделите их между собой. Спартанцы так и сделали. Через 50 лет Спарта была завоевана и больше свободной уже не становилась (А. Воеводин, «Стратагемы»).
Вообще говоря, в России демократическое принятие решений применялось реже, чем, скажем, в Европе - по естественным причинам. Приведем классический пример (И. Солоневич, «Народная монархия»).
К князю прибегает гонец со стрелой в спине – орда в двух часах пути. Князь назначает заместителя, поднимает дружину и идет в бой. Все вопросы государственного управления решены авторитарно, а дальше просто: кто – кого? При демократическом принятии решений следует: посылать запрос в Парламент об увеличении ассигнований на военные цели в бюджете на следующий финансовый год; запрашивать Сенат о разрешении на начало боевых действий за границей государства (в двух часах пути); частный бизнес начинает вести секретные переговоры о продаже вооружений противнику; недовольные аристократы пытаются узнать, сохранятся ли их привилегии, если они устроят волнения и откроют ворота столицы и т.д.
В той части Евразии, на которой расположена Россия, подобное демократическое государство просуществовало бы до первого серьезного набега.
Россия выжила и победила в борьбе с кочевниками, другими воинственными соседями (несмотря на многие поражения, тяжелые и унизительные), в частности, потому, что не стремилась к демократии «любой ценой» - большую часть своих побед она одержала, будучи военной империей. В Европе в то же время, (противники-соседи известны и сравнимы по силе, военные приготовления труднее скрыть, а большинство столкновений происходило внутри европейской цивилизации) демократия смогла развиться в систему (лучше всего – в Англии, естественно защищенной морем). Опыт остального мира (в котором западная демократия не всегда работает) свидетельствует, что весь мир не сводится к Европе с Америкой.
Кроме русской географии, есть и другие возражения против демократии как универсального и абсолютного метода управления, приведу два наиболее ярких.
1.
Ли Куан Ю (творец «сингапурского экономического чуда» – интервью в газете Ведомости, 26.10.2005):
«По поводу демократии у меня было много дискуссий с американцами. Они говорят: как это получается, что правительство Сингапура не меняется? Я отвечаю:
Но я просто выигрываю все выборы. Люди знают, что, если они проголосуют за оппозицию (а оппозиция у нас есть), они будут жить менее благополучно. Я добиваюсь результата: я дал им честное правительство, я дал им прогресс, я каждый год повышаю качество образования их детей, качество медицинского обслуживания. Мы повышаем уровень культуры, помогаем искусству. Почему мы должны меняться? Они говорят: вы обязаны меняться, только тогда у вас будет демократия. Я отвечаю: Пусть так будет у вас в Америке. И оставьте нас в покое.
По уровню человеческого развития, которое измеряют Всемирный экономический форум, Мировой банк, МВФ, наши результаты очень высоки. А в рейтинге Freedom House, Amnesty International мы внизу списков. У нас есть смертная казнь. Но если бы у нас не было смертной казни, а мы крупный международный центр, мы бы стали центром мировой наркоторговли и эти наркотики распространились бы в нашем обществе.
В вопросах демократии важно помнить, что для создания открытой политической конкуренции и свободных СМИ нужно, чтобы 40-50% населения принадлежали к среднему классу, т.е. имели бы доход выше 5 000 $ в месяц и были хорошо образованы.

Почему 50%, а не 30% или 80%?

Я изучал те страны, которые достигли успеха. Это минимальный уровень. Возьмите, например, Филиппины. Там не было среднего класса. Образованные люди с нормальным доходом составляли около 15% населения, может быть, 20%. Свободная пресса? Да! Полный беспорядок и скандалы. Кого они выбирают? Жуликов. Актеров. Герои киноэкрана становятся президентами. И ведут себя так, будто все еще находятся на экране. Полная катастрофа! Американцы молчат, когда я им говорю об этом…»
2.
В математике существует задача – насколько улучшится решение, если мы привлекаем для его принятия только серьезных людей, и насколько ухудшится – если привлекаем легкомысленных. Не привожу формул и расчетов, даю сразу вывод: привлечение одного легкомысленного гражданина к принятию решения демократическим путем равносильно уходу одного серьезного (решается простым подсчетом вероятностей в предположении, что серьезный принимает правильное решение с вероятностью более ½, а легкомысленный – с вероятностью ½, далее доказывается математической индукцией). Учитывая, что более половины населения России принимает решение на выборах в последние минуты перед голосованием, их следует считать легкомысленными. Решения на современных выборах, очевидно, далеки от идеальных.

Полагаю, что всеобщее избирательное право (появившееся в Европе в XIX веке под нажимом - полагаю - владельцев газет и церковников, которые - через газеты и воскресные проповеди соответственно - контролировали значительное число голосов и рассчитывали усилить своё влияние) привлекло к принятию решений в сфере государственного управления людей, которым не стоило этого доверять.
Неясность и неопределенность современных вопросов для голосования – естественное следствие всеобщего избирательного права (как заметил один из чиновников: «если их (избирателей) спросить о чем-нибудь серьезном, то они вам такое ответят – пожалеете, что спросили!»). Бюрократы страхуются от неожиданностей и расширяют свои полномочия – многие на их месте вели бы себя так же.
И, наконец, самая неприятная особенность современной демократии – безответственность. После голосования по невнятному вопросу снимается ответственность со всех участников «демократического» процесса – ведь решение принято большинством (а, например, на выборах в США Буш - Гор – даже меньшинством). Это очень радует бюрократов, сформулировавших вопрос и толкующих «волю народа».
Фактически принцип поиска наилучшего решения важного вопроса государственного управления (и привлечения для этого наиболее достойных и ответственных граждан) – принцип классической демократии древних - подменен в современной западной модели демократии привлечением максимального количества людей для ответа на не очень важные и ясные вопросы.

С учетом исторического экскурса рискну сделать следующий вывод:

Существующая сегодня в России модель демократии западного образца (право каждого голосовать + право немногих формулировать вопросы для решения, агитировать за них по ТВ и подводить итоги голосования = периоптократия) неэффективна, развивает безответственность граждан и не способствует принятию наилучшего из возможных решений.

Серьезно повысить качество принимаемых решений мог бы избирательный ценз (например: голосуют и могут быть избранными только женатые мужчины, имеющие детей, отслужившие в армии, не старше 65 лет, платящие налоги – не менее определенной суммы в год). Остальные граждане страны могут советовать голосующим (главам своих семей, но не голосуют сами). В этом случае государственное управление будет осуществляться ответственными людьми, которые определились в жизни и хотят (ради своих детей) блага для Родины и в будущем. Дополнительными плюсами будет естественное отмирание политиков типа «клоун», «кучерявый брюнет, любимец женщин» и им подобных, а также общее оздоровление государственного управления – серьезных людей обмануть нелегко.
Большой минус предлагаемого решения - трудность его реализации – всеобщее избирательное право гарантировано Конституцией, международными соглашениями, хартиями и т.д. (препятствия серьезные, но не непреодолимые – благо России – тоже серьезный аргумент).

Все сказанное выше не следует считать неприятием демократии как способа управления – лишь напоминание, что демократическое принятие решений не панацея, оно работает, если:
- вопросы поставлены разумно и интересно, обсуждение проводится всерьез;
- принятое решение повлияет на дальнейшую жизнь граждан;
- есть достаточно времени для обсуждения (когда ситуация не терпит отлагательства, эффективнее, если ответственность за принятие решения возьмет на себя кто-то один, с возможным последующим демократическим обсуждением);
- можно высказывать любые точки зрения, и они будут выслушаны без подавления организаторами обсуждения;
- нет подтасовок при подсчете голосов (граждане искренне хотят, чтобы подсчет шел правильно и могут, если нужно, проверить результат).
Действующая демократическая система в России имеет слишком много скрытых от народа элементов и нуждается в серьезном улучшении по всем перечисленным пунктам.
В заключение несколько слов о любимом полемическом приеме российских демократов – ссылке на слова Черчилля «Демократия – очень плохая вещь, но никто еще не придумал ничего лучше…»
За много лет до Черчилля Аристотель сформулировал три классических формы государства – монархия, аристократия, демократия и описал их основные черты, недостатки и достоинства (во многом актуальные и сегодня – только он не мог вообразить современной бюрократии и медиакратии).
Высказывание Черчилля свидетельствует лишь о его незнании классиков. А цитирование «демократами» исторических неудачников (именно при Черчилле Британская империя перестала существовать) – слабый довод в пользу западной модели демократии.
Надеюсь, что сказанное выше положит начало дискуссии, которая повысит эффективность государственного управления в нашей стране.
Tags: гражданский диалог, гражданское общество, национальный договор, общественный договор, политика, права человека, реформы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments