А. Подчуфаров © (mos_jkh) wrote,
А. Подчуфаров ©
mos_jkh

Category:

Арбитражное «флэш-правосудие»? (1)



Нас, тех кто еще помнит рукописные тексты судебных решений, еще достаточно много.

Безусловно, когда решение было напечатано на пишущей машинке, его было гораздо легче читать. Когда появились компьютеры и повсеместный доступ у правовым системам поиск похожих ситуаций, доктрины и судебной практики стал гораздо легче. Легче стало и написание судебных решений и приговоров. Любое или почти любое новшество, направленное на благо, может быть использовано во вред. Злоупотребление использования готовыми «проектами» судебных актов на электронных носителях, предоставляемых суду вне процесса, долгое время проходило в большей части незаметно, широкой общественности не было известно.

Впрочем, очень скоро среди практикующих юристов и журналистов, освещающих судебные процессы появилось сленговое выражение «флеш правосудие»[2], под которым имелось ввиду, отсутствие правосудия – использования судом предоставленных судебных актов на электронных носителях.

Надо отметить, что наиболее часто упоминались в качестве «флеш-правосудия» уголовные дела. С одной стороны, это более «чувствительные» дела, а с другой стороны, еще УПК РСФСР от 27 октября 1960 г. допускал представление суду предложений участников судебного разбирательства по существу обвинения

Особенно острой была реакция на «флеш правосудие» в уголовных делах[3]. «Когда в приговор целиком переносят обвинительное заключение, даже с грамматическими ошибками – это довольно наглядно показывает, на чьей стороне судья»[4]. Безусловно, использование текстов, предоставленных суду, даже без какой-либо обработки ставил под сомнение сам факт отправления правосудия[5].

Эта проблема добралась до внимания Верховного Суда РФ и на Пленуме Верховного Суда РФ эта проблема была поставлена на обсуждение, что нашло отражение в его Постановлении. Пленум Верховного Суда РФ счел недопустимым перенесение в судебный акт показаний допрошенных лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29.11.2016 «О судебном приговоре»).

Это достаточно мягкая формулировка перевела копипаст[6] из обыкновений правоприменительной практики в разряд грубого процессуального нарушения. Однако, для того, чтобы исключить ее из практики нужно все же больше действий.

Проверочные судебные инстанции взяли на вооружение данное Постановление Пленума Верховного Суда РФ и стали отменять судебные акты, которые представляют собой копирование обвинительного приговора[7], судей допускающих такое нарушение стали привлекать к дисциплинарной ответственности[8]. Не можем не согласиться с заместителем Председателя Верховного суда РТ М. Беляевым, что «Флеш-правосудие» ведет к деградации судов»[9].

Однако, в арбитражном и гражданском процессах ссылка на Пленум Верховного Суда РФ по уголовному процессу не будет эффективным средством защиты. В результате мы снова и снова наблюдаем, вместо полноценных судебных актов тексты, представляющие собой копипасты отзывов одной из сторон.

Такое создание судебных актов, подрывающее доверие к судам не могло не попасть в ЕСПЧ, и мы в одной недавней коммуникации Европейского Суда по правам человека Российской Федерации увидели, что в описании обстоятельств дела было обращено внимание на дословное совпадение текста судебного решения и отзыва государственного органа[10].

История легитимации практики представления проектов в арбитражных судах.

…давно стало хорошим тоном передавать людям в мантиях флешки с копиями нужных документов. Такая практика существует и в арбитражных судах, и в судах общей юрисдикции. Но все это делается негласно…

Куликов В. Суд онлайн. Арбитраж начал прием электронных исков[11].

Столкнувшись с грубым проявлением копипаста, мы пытались показать вышестоящим судам о том, что такие судебные акты подлежат безусловной отмене[12], полагая, что такие судебные акты не соответствуют критериям мотивированности судебных актов[13]. Однако мы потерпели неудачу, поскольку арбитражные суды считали даже уместным полностью копировать текст проекта судебного акта, представленного одной из сторон спора.

В арбитражных судах, которые ранее других судов приобщились к электронному документообороту, представление проектов судебных решений было «легитимировано» Высшим Арбитражным Судом РФ. В п. 9.2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25 декабря 2013 года N 100 "Об утверждении инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной, кассационной инстанций)", было закреплено, что «…Проект/проекты судебных актов могут быть представлены лицами, участвующими в деле. Указанные проекты могут быть поданы в суд с соответствующим ходатайством, в том числе и в электронном виде по системе электронной подачи документов, и приобщаются к материалам судебного дела. Проекты судебного акта могут быть подготовлены на любой стадии рассмотрения дела. Суд вправе использовать указанные проекты как в целом, так и в части».

Прежде чем, перейти к рассмотрению практики применения данных положений, немного истории принятия данной Инструкции.

На Пленуме ВАС РФ 6 декабря 2013 года рассмотрение данной Инструкции породило большую дискуссию. Причем «основным предметом спора стал пункт о том, может ли судья включать в текст судебного акта фразы и абзацы из документов сторон, а то и использовать проект решения, представленный одной из сторон. Татьяна Андреева[14] высказалась против. Это вызвало эмоциональные возражения Антона Иванова: «Никаких преград! Что мешает стороне представить проект судебного акта?» – заявил глава ВАС. Он объяснил, что без конца идут жалобы – судья переписал из документов сторон целые страницы, это нарушение принципа независимости и беспристрастности. «Ну и что? риторически спросил Антон Иванов. – Если судья с этим согласен? Обязательно надо разрешить судьям брать фрагменты документов сторон! Снимем огромное количество жалоб на наших судей». Эта позиция вызвала спор. «Даже в советское время у стороны была возможность представить проект решения», – поддержал председателя судья Анатолий Бабкин. «Не было такого в советское время, это очень смелое заключение!» – тотчас возразил судья Евгений Андреев. Он объяснил, что судья мог лишь взять фрагменты обвинительного заключения и дать им свою оценку. «Проект решения – это мнение стороны. Если одна сторона представляет проект, то другая сторона что должна делать – представлять отзыв на проект?» – рассуждал Евгений Андреев, настаивая на исключении спорного пункта инструкции. Решено было создать согласительную комиссию во главе с Татьяной Андреевой»[15] (подчернуто авт.).

То есть, в качестве основного аргумента было озвучено желание защитить судей от обвинения в копипасте, как нарушения принципа независимости и беспристрастности, в котором А.Иванов не видел никакого нарушения.

Что же касается реплики о возможности представить проект решения в советском уголовном процессе, то в УПК РФСФСР 1960 г. была предусмотрена возможность по окончании судебных прений, но до удаления суда в совещательную комнату, обвинитель, защитник, подсудимый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик или их представители представить суду в письменном виде предлагаемую ими формулировку решения по вопросам, указанным в пунктах 1 - 5 статьи 303 УПК РСФСР[16]. Предлагаемая формулировка не имела для суда обязательной силы (статья 298 УПК РСФСР).

По своей сути это не было проектом судебного акта, а скорей всего аналог письменного отзыва и/или письменных объяснений в арбитражном процессе. Отличие заключалось лишь в том, что законодатель связал предложения только вопросами, входящими в предмет доказывания.

В действующей редакции УПК РФ, также предусматривается право сторон по окончании прений до удаления суда в совещательную комнату представить суду в письменном виде свои формулировки решений по следующим вопросам:

а) доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый;

б) доказано ли, что деяние совершил подсудимый;

в) является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей УК оно предусмотрено;

г) виновен ли подсудимый в совершении этого преступления;

д) подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление;

е) имеются ли обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание.

Право на представление суду письменных формулировок также отражено в ст. 244 УПК РФ, гарантирующей равенство сторон в судебном заседании. Если сравнить данные нормы УПК РФ, и ст. 41 и 81 АПК РФ, то мы увидим, что набор процессуальных прав почти идентичен и ничуть не уже чем в УПК РФ.

Более того, в отличие от уголовного процесса в АПК РФ предусмотрена обязанность ответчика направить или представить в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, отзыв на исковое заявление с указанием возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении. Отзыв на исковое заявление направляется в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, заказным письмом с уведомлением о вручении в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания. В отзыве на исковое заявление указываются возражения относительно каждого довода, касающегося существа заявленных требований, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, а также на доказательства, обосновывающие возражения. К отзыву на исковое заявление прилагаются документы, которые подтверждают доводы и (или) возражения относительно иска, а также документы, которые подтверждают направление копий отзыва и прилагаемых к нему документов истцу и другим лицам, участвующим в деле ( ст. 131 АПК РФ, см. также ст. 262, 279, и 291.4 АПК РФ)). Со всей очевидностью, следует, что в АПК РФ создана более состязательная процедура, позволяющая узнать заранее мнения всех участвующих лиц. Не удивительно, что законодатель не предусматривал такого дополнительного права лиц, участвующих в деле, представлять проекты судебных актов.

В соответствии со ст. 71 Конституции РФ в ведении Российской Федерации находятся регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина; судоустройство; гражданское законодательство; процессуальное законодательство.

По предметам ведения Российской Федерации принимаются федеральные конституционные законы и федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории Российской Федерации ( ст. 76 Конституции РФ).

То есть, вопрос о процедуре и процессуальных правах, находится в компетенции только федерального законодателя, суды могут осуществлять лишь толкование в переделах своей компетенции норм принятых законодателем, но не создавать новые нормы[17], что было бы также нарушением принципа разделения властей ( ст. 10 Конституции РФ).

Однако, в ВАС РФ данные вопросы никем не задавались и они не обсуждались. 25 декабря 2013 года Пленум ВАС РФ вновь заслушал вопрос о возможности включения в инструкцию о делопроизводстве «подготовку проекта судебного акта участниками процесса, причем «на любой стадии процесса». Согласительная комиссия пришла к согласию и предложила отклонить это предложение. В поддержку выступила представитель разработчиков начальник Управления делопроизводства Е. Авакян, которая подчеркнула, что принятие поправок сделает невозможными скандалы с появлением и опубликованием проекта решения до рассмотрения дела[18]. С небольшим перевесом поправки были приняты Пленумом[19].

https://zakon.ru/blog/2021/4/22/arbitrazhnoe_flesh-pravosudie
Tags: мнения, судебные дела, суровая реальность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments